Размер шрифта:
Цвета сайта:
Настройки:

Интервал между буквами (Кернинг):

Стандартный Средний Большой

Размер шрифта:

12 14 16

Муниципальное бюджетное учреждение культуры «Районная централизованная библиотечная система» муниципального образования «Сафоновский район» Смоленской области
Версия для слабовидящих
8 (48142) 4-27-08, 8 (48142) 4-27-07

Строительство Ржевско-Вяземской линии обороны Москвы

…В начале июля 1941-го было принято решение о строительстве первой линии обороны – Ржевско-Вяземского оборонительного рубежа на дальних (250–300 км) подступах к Москве. Она строилась начиная от Ржева на севере, шла на юг, подходила к верхнему течению Днепра примерно в 40 км к западу от Вязьмы и продолжалась на юг, к Ельне. По берегу Днепра она сооружалась в 50–80 км восточнее переднего края Западного фронта.
 Мы, студенты радиофакультета МЭИ, были сперва направлены строить участок линии обороны на левом берегу Днепра, в 40 км западнее Вязьмы.
 От Вязьмы к Днепру мы шли пешком по проселочным дорогам. Каждый захватил с собой из дома небольшой чемоданчик, сумку или рюкзачок с самым необходимым: сменную нижнюю одежду, плащ. Еду на переход нам выдали «сухим» пайком – немного хлеба и макарон… Придя на место, мы получили крышу над головой. Это было примерно в 10 километрах от железнодорожной станции Издешково. От нас можно было разглядеть железнодорожный мост через Днепр. Наше отделение входило в состав студенческой строительной роты: студенты-строители были организованы в подразделения, аналогичные армейским. Нам выдали армейские одеяла. И новенькие большие лопаты. Нам предстояло вырыть свой участок противотанкового рва, затем перебазироваться для сооружения следующего участка.
 В начале работ отдельные студенты ухитрялись бегать на станцию Издешково. Несмотря на близость фронта, в станционном буфете еще можно было купить папиросы и булочки. Но вскоре станционный буфет закрылся. А мы, закончив свой участок, стали строить новый, севернее по берегу Днепра.
 Моя мама Анна Александровна Сергиевская бережно сохранила открытки и письма, которые ей изредка удавалось получать от меня с «трассы» – так условно называлось секретное строительство этой линии обороны. Письма можно было направлять через Московский комитет ВЛКСМ по адресу: МК ВЛКСМ, Строительное управление Прокофьева (переслать в Первомайский район, МЭИ, РТФ Тимашеву или Аверьянову для Сергиевского). Иногда узнавали, что кто-то из девушек, работавших где-то неподалеку, едет в Москву, и они с брали наши письма, доставляя на дом сами или досылая московской почтой.
 Надо сказать, что в письмах категорически запрещалось сообщать о назначении нашей работы! Эти письма стали теперь документальными историческими материалами почти 64-летней давности о строительстве Ржевско-Вяземской линии обороны Москвы. В них я иногда описывал наш быт. В письме от 10 августа 1941-го я писал: «Наш режим работы таков: встаем в 6 ч.
 30 мин. Начало в 7.00. Вначале было очень тяжело: мы не привыкли к тяжелому физическому труду. Болели руки, поясница и спина, ночью было трудно повернуться на жесткой подстилке – нашей ночевке в каком-то доме. Но через несколько дней стало легче». Ладони и основания пальцев покрылись ранами, тогда руки обматывали носовыми платками – бинтов вначале не было. Хоть так можно было держать лопату.
 Питание организовывал МК ВЛКСМ. Обычно днем давали суп, какую-нибудь кашу, чай или компот и пару кусочков черного хлеба. Готовили сами дежурные из доставленных продуктов. Есть хотелось все время, но ничего из еды больше не было, если не считать земляники, которую иногда приносили за гривенник окрестные деревенские мальчишки.
 Каждому был отведен участок противотанкового рва, который надо было выкопать от начала до конца. Один край, обращенный к неприятелю, делался более пологим, другой – восточный – по возможности предельно крутым. Предполагалось, что танк, попав в ров, уткнется носовой частью в вертикальную стенку и застрянет.
 Очень запомнился вечер 23 июля 1941-го. Над нами внезапно появились тяжело нагруженные немецкие бомбардировщики. Они летели в стройных построениях, как на параде, над нашими головами на довольно значительной высоте. Летели в сторону Москвы. Нас тогда не бомбили – берегли для столицы…
 Однажды самолет-разведчик сбросил листовки с весьма неуклюжими стишками:
 «Барышни и дамочки,
 Не ройте ваши ямочки:
 Придут наши таночки –
 Зароют ваши ямочки».
 Как только такие листовки нам попадались, их немедленно сжигали.
 …В начале сентября внезапно пришло сообщение, что к северу от нас высадился немецкий десант. Наше строительство могло стать ареной боевых действий. А у нас были только лопаты… Поступил приказ срочно двигаться кто как сможет в Вязьму. Перед этим я находился в лазарете с высокой температурой. Лазарет с больными отвезли на грузовике в Вязьму.
 Там посадили на поезд и отправили в Москву. К этому времени молодой организм переборол болезнь настолько, что мог обойтись без больничной помощи.
 На московском вокзале я появился в защитном плаще-балахоне и в лаптях: подошва ботинок была вдрызг изломлена работой с лопатой. Ботинки пришлось бросить и кто-то дал лапти. Вокзал поразил лотошниками, у которых можно было купить пирожки с капустой и сдобные булочки. Ничего подобного мы не видели уже почти два месяца. Наши родители живы, дома целы.
 Но война продолжалась. И самое суровое время было еще впереди.
 Бывший студент радиофакультета МЭИ,
 землекоп-строитель Ржевско-Вяземской линии обороны,
 ныне доктор технических наук,
 профессор
 Б. СЕРГИЕВСКИЙ

Не знаете, что почитать? 
Знаменитости рекомендуют 
свои любимые книги.